Иногда мне кажется, что все мы — нация прозака в Соединенных Штатах Депрессии.

Кто отрицает свободу другого, сам свободы не заслуживает. Если тут наступит деспотия, я предпочел бы эмигрировать в страну без претензий на любовь к свободе — в Россию, например, где деспотизм может считаться чистым, без низменной примеси лицемерия.

Не становится ли событие тем значительнее и исключительнее, чем большее число случайностей приводит к нему?

У победы детей нет, у нее есть лишь отец. А у поражения сотни детей.

— Как считаешь, я похож на убийцу?
— Да. Ты убил мое терпение.