Семья — это верховный суд, заседания которого не прекращаются даже ночью.
Что мы есть? Букашки с жаждой невозможного. И мы делаем это невозможное.
Поэт пишет не для людей, и не для богов, и даже не для вечности, которая вряд ли умеет читать, а лишь потому, что обжигающие слова приходят неведомо откуда и безжалостно раздирают грудь.
— О, Господи, что ты делаешь?! — Поджигаю центр своей Вселенной.
У каждого в голове есть линии, вдоль которых текут старые мысли, производя старые фразы. Сознание испещрено этими линиями, как ладонь.
За нашу леность нас карают не только наши неудачи, но и удачи других.