Когда мне было двадцать лет, я признавал только самого себя. Тридцати лет я говорил уже: «я и Моцарт», сорока: «Моцарт и я», а теперь я говорю уже только: «Моцарт».

Каждый человек, который родился или будет рожден, наделен каким-либо уникальным талантом или особенностью. Именно эта твоя особенность и есть твое призвание.

Для женщины образование — роскошь, очарование — необходимость.

Чтобы понять мудрость, надо быть мудрым: для глухой аудитории музыка ничего не значит.

Многие из нас топчутся между двумя разбойниками – сожалением о прошлом и страхом перед будущим.