Для японца жизнь подобна куску шелка, и важна не длина куска, а его качество. Неважно, когда ты умрешь: в двадцать, тридцать или семьдесят лет, лишь бы на твоей жизни не осталось ни пятна, ни щербинки.

Новая теория начинает господствовать, когда вымрут сторонники старой.

Многие добивались моей любви — что мне в том... Но ни один участливо не спросил — хорошо ли мне жить.

Мы всегда преувеличиваем чужую неспособность обходиться без нас.

Англинская вешь!