История — это не анатомическое препарирование, а воскрешение и жизнь, которую она стремится вернуть мёртвым.

Я ожидаю свою смерть с крайним любопытством. Надо уметь подчиняться неизбежному.

Когда стоишь на краю утёса, – прыгни, чтобы полететь, а не чтобы упасть.

Похоже, мир поделился на спящих мертвым сном порядочных людей и живых, до ужаса энергичных горилл; промежуточных особей как-то не наблюдается.

Когда разум приходит к покою, начинаешь ценить свет луны и дуновение ветра и понимаешь, что в заботах мирской жизни нет необходимости.