Я высокомерен и многообразно порочен.

Для сатиры время всегда. Потому что поводов для нее жизнь предоставляет в щедром избытке.

Не важность вещей делает их дорогими для нас, а их необходимость.

Как это можно - хотеть страдать? Когда не надо, когда тебя никто не неволит?

Искусство состоит в том, чтобы придать жизни новую форму, но оно не творит жизнь и не вызывает ее.