Считают, что я сюрреалист. Но я никогда не рисовала сны. Я рисовала мою реальность.
Первый поцелуй мужчина срывает украдкой, о втором умоляет, третьего требует, четвертый берет без спросу, пятый снисходительно принимает, а все остальные терпит.
Надежда — это сирена, которая дивно поет, но, словно струйка воды, мгновенно ускользает из рук.
Себялюбие порождает правила справедливости и является первым мотивом соблюдения последних.
Я избегал людей; все, что говорило о радости и довольстве, было для меня мукой; моим единственным прибежищем было одиночество — глубокое, мрачное, подобное смерти.
Для некоторых только небо — предел. А кое-кого даже небо не остановит.