Как поэту говорить с людьми, обличёнными властью, если он больше человек, чем они?

Никогда свобода не является абсолютной.

У меня другое отношение к смерти. Если бы я знала свой час, я бы совсем не торопилась — напротив, это знание стало бы для меня одним из условий свободы.

Люди часто не понимают своей глупости, реже не верят в свой ум и ещё реже осознают свою подлость.

Нельзя доверять той силе мнений, которая состоит только в многочисленности их последователей.