Человек, пожалуй, способен и об утраченной грыже затосковать.

Если моё отсутствие не играет роли, я ни за что не уйду.

Не бывает совсем невиновных. Есть только различные степени ответственности.

Человек не вправе считать себя философом, если на его жизнь ни разу не покушались.

Сердце ее билось так неровно, то тише, то скорее, как будто рассказывало о чем-то с большим увлечением...