Совесть у большинства людей — не более как боязнь мнения других.

Нет у нас обязанности, которую бы мы так недооценивали, как обязанность быть счастливым.

Сейчас нас позовут обедать, и вы потеряете меня навсегда.

Мы идем этой дорогой только потому, что и другие идут той же дорогой. Мы ободряем себя тем, что в кромешной тьме слышим чей-то свист в ответ на наш собственный.

В Москве есть все, кроме правды.