Какой же парализующей силой обладает подчас чувство вины, и как чувство собственной правоты может мобилизовать человека.

То, что мы делаем для себя, – умирает вместе с нами, то, что мы делаем для других, – остается навеки.

Когда идёт снег, мы снова чувствуем себя детьми.

Чрезмерная доверчивость часто оказывается глупостью, чрезмерная недоверчивость всегда оказывается несчастьем.

Я мог представить себя без нее, но представить ее без меня – было выше моих сил.