А вообще-то они милые, хорошие люди. Правда, сначала стреляют, а потом разговаривают.
Играет роль не столько реальность сама по себе, сколько готовность или неготовность ее принять.
Дети — это постоянный страх. Сначала боишься забеременеть, потом рожать, а дальше, до гроба — страх за ребенка.
В отличие от хороших вин хорошие книги не стареют. Ждут себе нас на полочках.
Тот, кто так озабочен просвещением других, никак не выберет времени для собственного просвещения.
Что меня более всего удовлетворяет в жизни, так это то, что я никогда не работал для того, чтобы выжить.