У Истории невероятно медленный пульс: человек измеряет время годами, она — столетиями...

У меня тоже была чумовая «трехдневка». В первый день я возненавидел долбаную работу. Во второй день я возненавидел долбаного босса. На третий день я кому-то вломил и был вынужден начать все сначала.

— А ты изменилась.
— Учителя хорошие были.

Мы не находимся в одиночестве, мы его создаем.

Я всегда любил свое отечество в его интересах, а не в своих собственных.