Во всякой привычке есть что-то дурное, рабское.

Нет ничего более непрочного, чем политический режим, безразличный к истине; но нет ничего более опасного, чем политическая система, которая претендует на то, чтобы предписывать истину.

Кто легко мирится с совестью, тот готов сейчас же изменить ей.

Человек, настойчиво повторяющий, что он не дурак, обычно имеет какие-то сомнения по этому поводу.

Странно, как мало людей знают, что всюду — всегда и везде — есть две стороны, что где сила — там и слабость, где слабость — сила, радость — горе, лёгкость — трудность, и так без конца.