Гёте говорил, что он за всю жизнь был счастлив всего лишь семь минут. Я все-таки, пожалуй, наберу, наберу счастливых минут на полчаса — если с детства считать.

Желание, чтобы нас помнили после смерти, суетно, потому не удивительно, что желанием этим обыкновенно пренебрегают.

Всегда приятно видеть веселыми людей, которым мы причинили огорчение. Это меньше расстраивает.

Я не очень упитанный, во мне 35 кило надежды.

Всё равно истины нет на свете или, быть может, она и была в каком-нибудь растении или в героической твари, но шёл дорожный нищий и съел то растение или растоптал гнетущуюся низом тварь, а сам умер затем в осеннем овраге, и тело его выдул ветер в ничто.