Отчасти мои колебания объяснялись тоской по утраченному лоуренсовскому идеалу, по женщине, что проигрывает мужчине по всем статьям, пока не пустит в ход мощный инструментарий своего таинственного, сумрачного, прекрасного пола: блестящий, энергичный он и томная, ленивая она.

У нас есть выбор: стать гуманными и образованными или разрушить человеческое естество, жертву наших дарований.

Очень скоро дурная привычка
Дорастет до большого греха.
Вор, укравший сегодня яичко,
Через день украдет петуха.

Я презирал самого себя и весь мир, потому что не мог примириться со собственной ограниченностью и ограниченностью самой жизни.

Поэты — непризнанные законодатели мира.