На сцене я экстраверт, ну а каков я в жизни — это совсем другая история.
Кого же из умерших оплакивают с наибольшей печалью? Мне кажется, тех, кто при жизни меньше всего любил своих близких.
Жизнь идет себе, как она и должна идти, то есть — хуже некуда.
Слава высокая гора, выше — страшней.
На чужих похоронах мы волнуемся, как актер на репетиции.
Каждый день или через день заставляй себя проделывать то, чего ты не любишь делать, чтобы час жестокой необходимости, когда он наступит, не захватил тебя врасплох.