Он всегда, всегда в моих мыслях: не как радость и не как кто-то, за кого я радуюсь больше, чем за саму себя, — а как всё моё существо.

Люди высшей нравственности не считают себя нравственными, и поэтому они имеют высшую нравственность.

Болезнь принимает здоровые формы.

В нашем обществе смех наносит страшные, неизлечимые раны.

Совесть — моя царица, и я никогда не спорю против её повелений.