Прикоснувшись, мы можем убить; отдаляясь, мы можем владеть.

Всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь справедлив, я дрожу за свою страну.

Мое одиночество — бездонное, безгранное;
Но такое душное; такое тесное;
Приползло ко мне чудовище, ласковое, странное,
Мне в глаза глядит и что-то думает — неизвестное.

Что ни говори, а любовь без надежд и требований трогает сердце женское вернее всех расчетов обольщения.

Правосудие — право наиболее хитрого.