Если характер человека создаётся обстоятельствами, то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными.

Лучше достаться стервятникам, чем попасть к льстецам. Те пожирают мертвых, а эти — живых.

Жизнь всегда будет достаточно плоха для того, чтоб желание лучшего не угасало в человеке.

Человек уходит в шум толпы, чтобы утопить в нем свой собственный вопль о молчании.

Не удивление, а недоумение и печаль суть начало философии.