Фанатик — это глухой как пень оратор.

Блага свободы печати настолько ясны и настолько общепризнанны, что далеко превышают вред от её злоупотребления. Зло преходяще, добро — бессмертно.

Когда я достиг вершины власти, то понял, что меня обдувают ледяные ветры государственной необходимости.

Настает время, когда терпение уже становится преступлением.

Полночь без луны,
Путь мой без дороги.
И ничьей вины,
Никакой тревоги.