Дни и месяцы воскресают, но годы умирают навечно.
Внутренняя бедность и приводит в конце концов к внешней.
Это очень по-русски: сжечь хороший дом и восторженно глазеть, как в нем горят книги, картины, музыка, саксонский фарфор. Очень, очень по-русски.
Потребители предпочтут жить в долгах, нежели отказаться от потребления.
Есть такой предел позора в сознании собственного ничтожества и слабосилия, дальше которого человек уже не может идти и с которого начинает ощущать в самом позоре своем громадное наслаждение.
Кто хочет учиться, тот уж вполовину выучен.