Павел Васильевич не был библиофилом: он читал свои книги.

— Ладно, мы тебе справочку дадим, что ты мужественно сопротивлялся.

— Видишь ли, мама, врать тебе я ещё не научился, а говорить всю правду уже не могу. Это называется «переходный возраст».

Я не стал ни лучше и ни хуже.
Под ногами тот же прах земной.
Только расстоянье стало уже
Между вечной музыкой и мной.

- Товарищи, что ж это делается, фронтовику руки крутят!