Человеческая добродетель должна быть равной людскому бедствию.

Но все же кое-что, слегка схватив бедняцкого лиха, я усвоил. Я никогда уже не буду думать о бродягах, что все они пьяницы и мерзавцы, не буду ждать благодарности от нищего, которому я бросил пенни, не буду удивляться слабоволию тех, кого выгнали с работы, не буду опускать монеты в кружку Армии спасения, отказываться на улице от рекламных листовок и наслаждаться угощением в шикарных ресторанах. Начало есть.

Люди уподобляются детям в том отношении, что, если им спускать, они становятся непослушными.

Одно из свойств обмана — это потеря доверия к другим. Если я могу лгать и предавать, значит, на это способны и другие.

Тот, кто умеет убедительно сказать «еще», может прекрасно обойтись без всех остальных слов.