Нет более жестокой тирании, чем та, которая живет под сенью законов и под эгидой правосудия, когда несчастных, так сказать, топят на той самой доске, на которой они спасались.

Культура и внешний лоск — совершенно разные вещи.

Сотни воителей стоит один врачеватель искусный.

Если человека лишают этой одной, самой важной свободы, а именно свободы по собственной необходимости удаляться от других людей, тогда все другие свободы ничего не стоят.

Ах ты бедная моя трубадурочка,
Ну смотри, как исхудала фигурочка!