Я одновременно испытывал и одиночество, и удовлетворённость. Такое сочетание надо полагать за счастье.

Опыт приходит быстро, надо только захотеть.

При виде зла, покрывающего весь мир, если бы даже бог существовал, — нужно было бы его отвергнуть.

Любовь сначала так же непрочна, как паутина, а затем приобретает крепость каната.

То, что мы привыкли называть рассудком, — не что иное, как самоуверенный нарост, который совсем недавно появился на зверином мозгу.