Тёмная, как сама тайна, светлая, как само счастье, — его первая и его единственная любовь...

Всякий замкнут в своем сознании, как в своей коже, и только в нем живет непосредственно.

Бывало, говорит-говорит он о ком-нибудь этаким сладким голосом, а потом вдруг взглянет пристально и скажет: «А через месяц он умер».

В земном рае разуверились именно тогда, когда он стал осуществим.

До чего мы беззащитны против лести!