Ее душа и разгоралась и погасала одиноко, она билась, как птица в клетке, а клетки не было: никто не стеснял ее, никто ее не удерживал, а она рвалась и томилась.

Храбрость — это когда только вы знаете, как вы боитесь.

Нет ничего омерзительней истины, если она не на нашей стороне.

Тот, кого многие боятся, должен сам бояться многих.

Вокруг деда наметилась опасная зона радиусом полтора метра. Такова была длина его палки.