Нет ничего надменнее приветливости гордеца.

Когда жалость нестерпимо мучает меня, что остается мне, как не кидать камни в тех, кто ее вызвал?

Жизнь часто кажется чем-то вроде долгого кораблекрушения, обломки которого — дружба, слава, любовь: ими усеяны берега нашего существования.

Единственная правильная любовь для каждого — его собственная.

Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.