Ни за что на свете не хотела бы, чтобы мне снова было двадцать. Сейчас я намного счастливее, чем тогда, ведь в том возрасте мы еще только узнаем себя, пытаемся понять, кем хотим быть, страдаем от неуверенности в себе. Сейчас я точно знаю, что мне нужно, а без чего я могу прожить.

Равенство — утопия негодяев.

Жизнь-то наша как конфетка с полу: и горчит вроде, и выплюнуть жаль.

Я сам — свой лучший способ развлекаться.

Когда старики окружают себя молодыми, они напоминают мне вампиров.