Едва ты выясняешь, как следует поступать, как обнаруживается, что уже поздно.

У меня внутри порхают бабочки размером с динозавров.

Можно жить с тайными пороками, но нельзя жить с тайными добродетелями. Порок сам себе есть вознаграждение. Добродетель же ищет вознаграждения вовне.

Настоящая любовь жадна и прожорлива, как огонь. Она никогда не скажет: «Довольно! Ты отдал мне достаточно себя». Она захочет пожрать вас целиком. Но эту пташку нужно держать чуть-чуть впроголодь. Ибо чтобы отдать себя целиком любви, придется себя уничтожить.

Многоречие свойственно человеческому скудоумию.