В молодости я ужасно боялся летать. Книга, которую я выбирал в дорогу, всегда была той, которую я полагал достойной быть найденной на моём трупе.

Женщины не могут хранить тайны, но ни одна из них не разболтает то, что у неё на сердце.

Пусть дураки радуются сладкой лжи.

В конце концов, человеку дана всего одна жизнь – от чего же не прожить ее как следует?

У народа, лишенного общественной свободы, литература — единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.