В важные эпохи жизни, иногда, в самом обыкновенном человеке разгорается искра геройства, неизвестно доселе тлевшая в груди его, и тогда он свершает дела, о коих до сего ему не случалось и грезить, которым даже после он сам едва верует.

Вопрос не в том, есть ли у меня время читать, но в том, подарю я себе или нет счастье быть читателем.

Разговор, из которого изгнан дух насмешки, всегда будет скучен и бесцветен.

У меня всегда была слабая воля. В детстве я слушался всех и подпадал под любое влияние. "Валя очень послушный мальчик", – говорила мать с гордостью. Не знаю, чем тут можно было гордиться.

Нельзя доверять той силе мнений, которая состоит только в многочисленности их последователей.