Я любил свою кровать и мог оставаться в ней часами, даже днем, натянув покрывало до самого подбородка. Здесь было спокойно, никаких происшествий, никаких людей, ничего.

Отдаваться гневу часто — все равно, что мстить самому себе за вину другого.

Наука — великолепное снадобье; но никакое снадобье не бывает столь стойким, чтобы сохраняться, не подвергаясь порче и изменениям, если плох сосуд, в котором его хранят.

Мы склонны порой причислять полутораумных к полоумным, потому что воспринимаем лишь треть их ума.

Мало быть правым, надо быть правым вовремя.