Жизнь есть ряд прелюдий к тому, что будет после смерти.
Разве мыслима любовь, если мы не озабочены тем, каков наш образ в мыслях любимого? Когда нам становится безразлично, каким нас видит тот, кого мы любим, это значит, мы его уже не любим.
Инстинкт самосохранения иногда является импульсом к самоубийству.
Враги нас лучше видят, ибо держат всё время на мушке.
В прежние века религия была лесом, за которым могли держаться и скрываться целые армии. После же стольких порубок остаётся ещё только кустарник, в котором при случае прячутся плуты.
И она уже любила его чуть меньше, потому что он любил её чуть больше.