Дурацкие истины оказываются самой настоящей правдой.
Художественность катастрофы меня успокаивает.
Человек живёт на земле для того, чтобы прокладывать пути во всех направлениях, заранее зная, что ни один из них не приведёт к истине.
Мир состоит из исключений, для которых не находится правила, чтобы это подтвердить.
Начало любви — во внимании, потом — в избрании, потом — в достижении.
Чем культурнее страна, чем спокойнее и обеспеченнее жизнь нации, тем круглее и совершеннее форма ее дураков.