Умолчание тоже есть форма лжи.

Когда мы слишком долго откладываем признание, его все труднее сделать, и наконец наступает такой момент, когда оно просто становится невозможным.

Может быть, другие люди будут пытаться ограничить меня, но я не ограничиваю себя.

Насколько лучше жилось бы некоторым людям, если бы они так же мало заботились о чужих делах, как мало заботятся о своих собственных.

Мы должны быть ничем, но мы хотим стать всем.