Капитализм, с тех пор как его брат социализм объявлен мёртвым, страдает манией величия.

Смирение — самая странная вещь на свете. От него нельзя избавиться, и из чужих рук его не получишь. Чтобы его приобрести, нужно потерять всё до последнего. Только когда ты лишен всего на свете, ты чувствуешь, что оно сделалось твоим достоянием.

То, что для одного человека константа, для другого — переменная.

Если продюсер настолько глуп, что предлагает мне миллион долларов за фильм, я не настолько глупа, чтобы отказаться.

Только человек дивится своему собственному существованию, думает о нём. Это его главное отличие от прочих существ, которые ещё в раю, в недумании о себе. Но ведь и люди отличаются друг от друга — степенью, мерой этого удивления.