В счастье будь умерен, в несчастье разумен.

Храбрость в том и заключается, чтобы подавить страх перед опасностью. Ничего не боящийся – не храбрец, а чурбан.

Пока все тянутся к благам, пока человеческое сердце ставит их достижение главной своей целью, до тех пор эта атмосфера будет разрушать душу человека.

Только наш народ так привык к постоянному беспокойству, что, как высшего блага, желает на ночь друг другу «спокойной» ночи.

Вернейшее средство не быть очень несчастным — не требовать большого счастья.