— Нам, ражбойникам, только жолотые жубы положены! С жележным — жашмеют!

Наука не сводится к сумме фактов, как здание не сводится к груде камней.

В желудке был обед, на макушке — солнце, в голове — любовь, в душе — печаль, а в сердце — нестерпимая боль.

Он был настолько открытым, что видно было, как голубые и сиреневые мысли пульсируют в венах его рук.

Любовь молодых сыта такою же крохой надежды, как и желания.