Для дела свободы пороки деспота гораздо менее опасны, чем его добродетели.
По всей видимости, художник действует наподобие медиумического существа, находя, в лабиринте по ту сторону времени и пространства, свою дорогу к просвету.
Мы всё устраиваем так, чтобы сделать разочарование неизбежным.
— Ты в порядке? — Я работаю над этим.
Так уж устроен человек. За минуту до смерти он полон желания жить.
Оставаться скромным по отношению к нескромности — это и есть самая серьезная нескромность духа.