В приходящей нам на смену молодёжи нет ни капли сострадания. Они не любят людей. Нет, любят, конечно, но только родных, близких; но людей вообще, людей, как идею, как понятие — нет. У них нет привязанности ни к кому, кроме самих себя, а сострадать человеческой расе, не питая к ней родственных чувств, невозможно.

Все на свете любят игру; и люди самые благоразумные охотно отдаются ей, пока не увидят всех сопряженных с нею насилий, уловок, заблуждений, потери денег и времени, пока не поймут, что на нее можно затратить всю жизнь.

Существует область явлений, которых джентльмен знать не может; если бы он их узнал, то перестал бы быть джентльменом.

Одному только разуму, как мудрому попечителю, должно вверять всю жизнь.

Добродетель — это великодушие, с радостью готовое служить всем и каждому, но общество не слишком дорожит этим качеством.