А смог бы Юлий Цезарь не делать одновременно столько дел, сколько можем не делать мы?

Насекомое, притворяющееся веточкой дерева, чтобы спрятаться в растительной неподвижности - прообраз человека, замкнувшегося в конформизме, чтобы не отвечать за самого себя, человека, предающегося общим идеям или сентиментальным излияниям, чтобы только не сталкиваться лицом к лицу с фактами и людьми.

Я лучше тысячу раз умру, чем сдамся.

Что может удовлетворить душу, кроме возможности быть свободным и не принадлежать никому?

Когда жизнь разлетается вдребезги, что-то происходит со временем. У тех, кто несчастен, время будто сбивается с ритма, и это самое мучительное. Оно то несется галопом, и тогда год кажется минутой, то застывает на месте, и тогда минута превращается в год.