Когда бы все были равны, на свете б не было войны.

— Что ж ты, милый, дурака валял?
— Да разве я кого-нибудь из вас валял?

Чем славнее жизнь предков, тем позорнее нерадивость потомков; она не оставляет во тьме ни их достоинств, ни их пороков.

Делать то, что хотел делать больше всего на свете, – это колоссальная инъекция адреналина. Ощущение такое, словно можешь летать без самолета.

— А что-то было?
— Нет, но могло бы быть в этом мире, где иногда случается хорошее.
— Мы живем в другом мире, чувак.