Вместо того, чтобы бояться неизбежной смерти, нам надо бояться, что мы окажемся не готовы к ее приходу.

Терроризм, именуемый «новинкой», помогает мне впаривать вам пустоту.

Если бы в ту минуту мне даже объявили, что меня не убьют и я могу преспокойно отправиться восвояси, это не нарушило бы моего безразличия: ты утратил надежду на бессмертие, какая разница, сколько тебе осталось ждать – несколько часов или несколько лет.

Кто плачет о себе, тот не видит, плачет ли другой.

Мне надо метаться, застывать, любить каждый раз, когда я сколачиваю стихи.