Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь, длинная жизнь, несчастная, то есть такая жизнь, в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

Я не пью больше 100 граммов, но выпив 100 граммов, становлюсь другим человеком, а этот другой пьёт очень много.

Стремление сойти с ума — порой вполне адекватная реакция на реальность.

Люди не то что не свободны, люди больше всего в мире боятся свободы.

Кто не знает, какими сверхматеринскими чувствами наделены все бабушки? В самом деле, пока женщина не сделается бабушкой, она часто не знает даже, что значит быть матерью.