— Не знала, что вы так глубоки.
— Обычно я мельче.

Если ты будешь приносить сюда свои сожаления, заботы, угрызения совести, лучше не приходи. У меня, как в мечети, входя, разуваются, чтобы не приносить со двора грязи.

Замышляя против кого-нибудь недоброе, мы всегда склонны считать этого человека своим врагом, и, если такой человек подносит нам розу, мы считаем, что он дает нам ее не ради аромата, а ради шипов.

Вы будете жить. Убивают только лучших.

Когда жизнь догорает дотла, то в пепле остается одна последняя золотинка. Она бежит, гаснет, и потом наступает холод... Вот в ней-то, в той последней искре, и заключен весь опыт пройденного пути.