В его сердце вновь начала расцветать надежда — этот неуничтожимый сорняк человеческой души.

Надо жить так, чтобы не бояться смерти и не желать её.

Никогда вы господ не заставите беду народную прочувствовать. Кто же сам себя добровольно огорчать станет?

Этот мир, такой, как он есть, невыносим. Следовательно, мне нужна луна, или счастье, или бессмертие, что угодно, пусть даже безумие — но не от мира сего.

Одному только разуму, как мудрому попечителю, должно вверять всю жизнь.