Я ничей, я сам по себе мальчик — свой, собственный.
Дни свои влачить без друга — наигоршая из бед. Жалости душа достойна, у которой друга нет.
Беспокойство – это страх перед самим собой.
Я запомнил номера всех шести машин снаружи. Я знаю, что официантка — левша, а тот тип у стойки весит сто пять килограммов и страдает одышкой. Я знаю, как спрятать оружие в грузовике. А ещё я могу прямо сейчас пробежать километр и не сбить дыхание. Откуда всё это? И что с моей памятью?
Самая страшная боль — та, которую не выскажешь.
Как это так выходит, что у человека умного высказанное им гораздо глупее того, что в нем остается?