В беспредельном и смутном мраке чувствуется присутствие чего-то или кого-то, но от этого живого веет на нас холодом смерти. Когда закончится наш земной путь, когда этот мрак станет нам светом, тогда и мы станем частью этого неведомого мира.

Мир может и злой, но человека нельзя принудить творить зло, если он не согласится.

Когда человек отнес все страдания и муки в ад, для неба не осталось ничего, кроме скуки.

Ни активисты, ни деловые люди, ни интеллигентская элита не выполнили бы своей социальной функции, если бы на каждого из них не приходились тысячи тех, кто реализует их замыслы.

Совершенное воздержание плоти может только обессилить природу.